«Миссия института – открывать Азию»: Кирилл Бабаев – о работе ИКСА РАН

Институт Китая и современной Азии РАН отметил 60-летие. Сегодня в его структуре работают 17 научных центров, которые занимаются странами Восточной, Юго-Восточной, Южной и Центральной Азии, а также Закавказья. Об этом директор ИКСА РАН Кирилл Бабаев рассказал в интервью генеральному директору медиагруппы «Большая Азия» Александру Лебедеву на полях торжественного мероприятия.

Александр Лебедев: Добрый день. Я, как всегда, рад вас видеть на нашем экране. И прежде всего, хотел бы вас поздравить с очень серьёзной датой – 60 лет. Это и для человека серьёзная дата, но для академического института нового времени это тоже очень большая дата. И я хотел бы начать наш разговор с того, что с вашим приходом к руководству института Институт из Института Дальнего Востока стал Институтом Китая и современной Азии. То есть было 11 стран, если мне не изменяет память, в центре изучения и работы, и вы расширили, выделили отдельно Китай. Понятно абсолютно, наверное, почему. Потому что Китай сегодня для России является важнейшим партнёром, стратегическим партнёром не только в Азии, но и в мировой политике. И взяли всю Азию, причём назвали не просто Азией, а Современная Азия. Вот у меня первый вопрос: всё-таки, почему такая идея родилась? Как это всё трансформировалось в быстро меняющемся мире?

Кирилл Бабаев: Я тоже очень рад с вами сегодня здесь встретиться на нашем юбилее. У нас мы отмечаем 60 лет нашему институту, это действительно очень важная для нас дата. Во всяком случае, не только потому, что это круглая дата, но и для восточного календаря. Это же завершение полного цикла. Пять двенадцатилетних циклов как раз и рождают вот этот полный шестидесятилетний цикл начала чего-то совершенно нового. И наш институт, он продолжает обновляться. Это обновление, которое мы начали примерно 5 лет назад, которое, в том числе, действительно, как вы правильно сказали, включало переименование института. Дело в том, что Институт Дальнего Востока, как изначально назывался наш Институт в год его основания в 1966 году, он изучал в основном Китай. Просто он был так назван, потому что на тот момент отношения между Советским Союзом и КНР были весьма напряжёнными, и наше руководство не хотело показывать, что в Советском Союзе есть отдельный институт, который занимается именно Китаем. Поэтому его так завуалированно назвали Институтом Дальнего Востока. Позже к его исследовательской команде подключились японоведы, корееведы. Когда наша команда приходила в двадцать первом году, институт изучал семь стран. Сегодня институт изучает 35 стран, потому что изменилось отношение, прежде всего, отношение нашего государства к странам Азии — это теперь основной, главный магистральный вектор всей нашей внешней политики и внешнеэкономической деятельности.

И поэтому, конечно, мы стали получать огромное количество заказов от различных органов власти на работу по самым разным странам Азии. Сегодня это и Юго-Восточная, и Восточная Азия, и Южная Азия во главе с Индией, и Центральная Азия, и Закавказье. То есть мы занимаемся достаточно широким кругом не только государственных вопросов, помогая государственным органам власти формулировать свою политику на целом ряде азиатских направлений, потому что это уже не одно направление – все 35 стран являются отдельными направлениями. Ну и, конечно, для нас было очень важно, чтобы название отражало суть. Вы знаете, Конфуций говорил: «Нужно исправлять имена для того, чтобы они соответствовали сути дела». Мы решили избрать себе такое название, которое бы полностью отражало специфику нашей деятельности. Всё-таки мы не изучаем классическую Азию, мы не изучаем древнюю историю или мы не изучаем философию, языки, культуры. Мы изучаем современность, то, что сегодня находится в фокусе внимания нашего государства и нашего бизнеса. Это экономика, это политические системы, это идеологии современных государств Азии, это, конечно, международные отношения и многосторонние форматы, которые набирают силу на Евразийском пространстве. То есть всё то, что сегодня определяет, по сути, основное направление всей российской дипломатии. Это название было выбрано в ходе открытого конкурса среди всех сотрудников института, было предложено несколько названий, потом мы из них сделали шорт-лист из трёх. И вот на конкурсе победило именно это название, оно было утверждено, и теперь мы уже четыре года называемся Институт Китая Современной Азии. И мне кажется, теперь имя полностью соответствует нашему содержанию. У нас сейчас 17 научных центров, которые изучают регионы, находящиеся в Азии. И, в принципе, все эти центры содержат в себе выдающихся специалистов, и молодых, и уже состоявшихся, которые обладают и знанием языков, и хорошими связями в конкретных странах и той самой экспертизой, которую сегодня от нас требуют Правительство России, Администрация Президента, Совет Безопасности и российские корпорации, выходящие на новые рынки стран Азии.

Александр Лебедев: И вот как раз вы вспомнили Конфуция. Ещё иногда вспоминают Лао-цзы очень часто, что дорога в тысячу ли начинается с первого шага. Вот, если можно, первый шаг, который был вообще, всё-таки мы говорим сегодня о пяти-двенадцатилетних циклах, о шестидесятилетии, вот первый шаг, который сделал в своей истории значимый институт.

Кирилл Бабаев: Ну, конечно, самое главное, с чего начался институт – с библиотеки. Понимаете, нужны материалы для того, чтобы было что изучать. 66-й год, представьте, что это такое. Культурная революция, полный разрыв связей между партиями. Взаимодействие между руководствами наших стран сведено практически на нет. В Китае говорят, что советские ревизионисты придут убивать нас с Севера. А здесь риторика была не хуже. Вопрос в том, что нам необходимо было всё равно понимать, как и чем живёт Китай. Поэтому нужно было создавать библиотеку и на основе этой библиотеки уже начинать работу. Нужно было получать публикации, научные книги, научные статьи, выступления китайских лидеров, СМИ Китайской Народной Республики для того, чтобы делать правильные выводы. Этого тогда требовала ситуация, требовал Центральный комитет партии, и Институт, конечно, сделал гигантскую работу, сформировав вот этот костяк советского китаеведения.

Александр Лебедев: Естественно, что любые решения опираются на достаточно большие массивы данных, на аналитику. Вот и вчера, и сегодня, и завтра. Как вы видите основную задачу по, скажем так, информационно-аналитической деятельности, которую, вы уже говорите, вы направляете и в Совет Безопасности, и в Правительство, и в Администрацию, и, конечно, нашему крупному бизнесу, которому, на мой взгляд, катастрофически не хватает знаний о тех рынках, на которые они выходят.

Кирилл Бабаев: Наша основная проблема – мы должны знать и понимать, что происходит сегодня в Азии. Этого понимания пока очень мало. Мы даже видим в СМИ: мы настолько глубоко погружены в, скажем так, изучение западного вектора, что происходит в Соединённых Штатах, что происходит на региональных выборах в Германии? Ну, все мы знаем это. А что сегодня собой представляет политическая система в Индии? Например, или в Пакистане. Какие отношения между Камбоджей и Таиландом, и почему они именно такие? И как России действовать в этой ситуации? Как мы можем сохранить и упрочить наше влияние в таком важном для России регионе, как Центральная Азия и что думают об этом сами представители Центральной Азии, их органы власти, их экспертные круги, их элиты? Вот это именно и есть то, что нам нужно начинать понимать постепенно, вникать в изучение этих стран более детально, для того чтобы представлять полную картину и главное, давать правильные рекомендации, когда нас об этом просят. И вот, мне кажется, что наша основная задача – это выстраивать сегодня как можно более широкую сеть взаимоотношений с официальными органами власти, с дипломатами, с экспертными кругами, с научным сообществом стран Азии для того, чтобы получать объективную информацию, делать правильные выводы и подавать наверх, как говорится, правильные рекомендации.

Александр Лебедев: Насколько институт обладает правом инициативы, когда вы, изучая какой-то момент, видите, что что-то не дорабатывается и вы не просто выполняете заказ, вам сказали изучить, вы отработали. А когда вы на основе собственного анализа предлагаете руководству страны по сути принимать решения другого формата, потому что вы видите более глубоко, вот как вы говорите, азиатскую историю, культуру, традиции и так далее.

Кирилл Бабаев: Конечно, институт сегодня как раз, собственно, и занимается тем, что он взаимодействует очень активно с нашим Министерством иностранных дел, Советом Безопасности, с правительственными комиссиями, которые работают с соответствующими государствами Азии, предлагая те или иные шаги в повестку дня заседания межправкомиссии, в наполнение официальных визитов, в том числе визитов высшего уровня. В повестку дня крупных международных саммитов, в том числе многосторонних. Мы ведь занимаемся не только отдельными странами, мы ещё и представляем Россию на второй дорожке так называемой, на экспертном треке целого ряда международных организаций, таких как ШОС, СВМДА и АСЕАН, и БРИКС. Поэтому здесь наши инициативы как раз это и есть то, чего от нас ждут. Всё-таки именно мы можем, условно говоря, тратить всё своё время на анализ, на внимательное, скрупулёзное изучение того, что происходит в тех или иных государствах. В отличие от дипломатов, которые занимаются текущей работой и завалены ею всегда, и естественно, им требуется свежий взгляд, вот они за этим свежим взглядом обращаются к нам. Я считаю, что это рабочая схема, так оно на самом деле было устроено и в Советском Союзе.

Ну, вот буквально на прошлой неделе мне звонит наше Министерство иностранных дел, они готовят встречу на высшем уровне саммита двух государств России и одной из наших дружественных стран в Азии. И им нужно понимать, какие инициативы к этой встрече готовит вторая сторона.

Запросить это они по своим каналам могут, но гораздо лучше это будет выглядеть, если это сделаем мы, потому что с нами дипломаты зарубежные общаются более свободно, они не связаны рамками протокола. Значит, мы звоним послу, ну, я вот в данном случае звоню послу конкретной страны, мы с ним большие друзья, как и с большинством послов стран Азии здесь. И говорю: «Вот, какие у вас есть предложения к предстоящему саммиту?» Он говорит: «Ну, честно говоря, мы пока из нашей столицы не получали никаких предложений. Может, вы сами тогда сформулируете, что мы предложим? Вы нам пришлите, мы, так сказать, согласуем у себя и вашему МИДу отправим». И вот таким образом наш Институт фактически становится, ну, инициатором очень интересных новых предложений, проектов в двустороннем сотрудничестве.

Или, например, если говорить о многосторонних форматах, вот есть такой формат РИК: Россия, Индия, Китай. Вот он существует с 2001 года и был создан именно в нашем Институте. Потому что академический формат по второй дорожке был создан даже на год раньше, чем формат между Министерствами иностранных дел. Сегодня этот формат поддерживается именно нашим Иинститутом. Мы продолжаем поддерживать ежегодно, проводить конференции РИК, готовить совместные доклады, консультировать наше Министерство иностранных дел. И каждый раз, когда мы обращаемся в Министерство и говорим о том, что вот мы планируем сейчас новую конференцию РИК. Руководство нашего МИДа выносит нам благодарность за то, что мы поддерживаем этот формат, так сказать, держим его тёплым для того, чтобы его можно было возобновить на уровне Министерства иностранных дел. Такие вещи, они случаются всегда, знаете, даже вот, как сказать, мы же общаемся в том числе и с некоторыми недружественными странами. У нас продолжается прекрасный диалог с Южной Кореей, с университетами Южной Кореи, с университетами Японии, потому что нам тоже нужно понимать, каким образом сегодня происходят политические процессы в этих странах, и в то же время доносить российскую позицию до этих стран в условиях, когда дипломаты наших государств практически не общаются. Ну и, конечно, это очень ценно, и нас очень в этом поддерживает и наше Министерство, и наши дипломаты.

Александр Лебедев: Я уже понял, что следующим этапом нашей совместной деятельности должно быть создание Центра Медиадипломатии. Потому что медиадипломатия – это важнейшее направление, которое, к сожалению, сегодня не так хорошо реализовано в мире – в силу разных причин, потому что медиа используется в качестве, к сожалению, больше инструмента информационных войн, и доверие, особенно на фоне фейков и так далее, снижается, поэтому вопросы медиадипломатии отодвигаются, но я могу сказать, что мы вместе с вами делаем, в принципе, одни и те же дела, закладывая наперёд какие-то мысли и формулируя их либо в наших репортажах, вы – в своих научных исследованиях. Поэтому я уверен, что мы можем смело сказать, что вот это знаменитое рукопожатие Нарендры Моди, Владимира Владимировича Путина и Си Цзиньпина, которые бывают всегда на саммитах, где бы это ни происходило – это и есть следствие вашей большой работы. Вот вы говорили о бизнесе. Как вы работаете с крупными, с, может быть, не очень крупным бизнесом, те, кто заинтересованы в вашей помощи и поддержке по продвижению нашего бизнеса в Азии?

Кирилл Бабаев: Это действительно одно из ведущих направлений сегодня работы нашей. Более того, для этих целей была даже создана специальная структура под названием Национальный координационный центр международного делового сотрудничества. Эта структура была создана по решению российского правительства именно для того, чтобы российские корпорации имели возможность плавного входа на новые для себя рынки стран Азии. И мы проводим очень большую работу для того, чтобы консультировать российские корпорации о том, с кем можно было бы взаимодействовать, как лучше выстроить работу, где открыть представительства, как искать партнёров, как получить объективную информацию о тех или иных рынках. Статистики. Ведь на самом деле это не так просто сделать, потому что немногие специалисты в наших коммерческих структурах ещё владеют азиатскими языками. Поэтому, конечно, наша информация, наши услуги и наша помощь, она очень востребована. Кроме того, мы помогаем и привлечь сюда инвестиции и здесь помогать тем, кто приходит из азиатских стран работать в Россию. Вот, в частности, мы сейчас вместе с правительством Амурской области по поручению президента формируем Российско-китайский центр делового сотрудничества в Благовещенске. Он сейчас находится в стадии строительства. Это будет центр федерального значения, который станет неким хабом привлечения китайских инвестиций в Россию на Дальний Восток и привлечения российских партнёров, которые готовы будут работать с китайцами здесь в нашей стране. Вот это работа, которая проводится уже у нас вот второй год и идёт очень успешно. И на самом деле здесь помощь, которую мы оказываем региональным правительствам, она очень часто даже важнее, чем та помощь, которую мы оказываем федеральным структурам, потому что в регионах, ну, пока ещё мало специалистов. И мы, в том числе и помогаем готовить этих специалистов на базе различного рода региональных и федеральных университетов.

Александр Лебедев: Мы сталкиваемся с колоссальной проблемой, что люди из государств, дружественных даже, а их большинство всё-таки дружественных государств с нами, они не знают, каким образом прийти на наш рынок. Да, они не понимают этих инструментов. Двери, через которые можно зайти, они, как правило, не распахнуты. Как Вы считаете, может ли на себя Институт Китая и современной Азии взять ещё такую функцию проведения позитивной повестки наших азиатских партнёров, не только Китая, крупных, Индии там, но и оставшихся тридцати трёх стран. Я из 35 две только назвал, сюда на наш рынок. Вот мы, например, готовы этим заниматься, у нас слоган – открываем Азию для России. Вот каким образом открыть Азию, потому что Запад мы открыли уже давно и преуспели даже в этом, а Азию мы открываем с трудом. Вот каким образом мог бы ваш Институт заняться этой проблемой? Кто должен сделать заказ или..?

Кирилл Бабаев: Нет, ну как сказать? Здесь, понимаете, мы же, конечно, основная наша аудитория – это всё-таки органы власти, научное сообщество. Но при этом мы активно занимаемся и тем, что называется народной дипломатией, о чём вы говорите. То есть популяризацией того, что представляет собой современная Азия для российского бизнесмена, студента, туриста, спортсмена, любителя культуры. У нас в институте, например, работает Общество российско-китайской дружбы, старейшее и крупнейшее общество дружбы в стране, которое создано ещё до того, как появился институт. Ему в следующем году будет 70 лет. Так вот, мы очень активно проводим различные совместные мероприятия, которые собирают гигантские аудитории в разных точках нашей страны, и это, конечно, очень способствует тому, чтобы наши люди узнавали, что такое Китай. Потому что, ну, например, смотрите, у нас есть проблема, связанная, например, со средним образованием. В школе практически не изучается Азия. То есть мы знаем всех королей династии, там, королевские во Франции или в Англии. Но мы практически ничего не знаем об истории, культуре, традициях наших основных азиатских партнёров. Вот мы добиваемся того, чтобы эти курсы тоже были введены в школьную программу, потому что тогда и нам будет гораздо легче готовить специалистов по этим странам. И мы, наша страна в целом, наше общество получит гораздо большее представление о том, что такое Азия, перестанет бояться этого, перестанет воспринимать Азию как экзотику и начнёт воспринимать Азию как нечто понятное, привлекательное, красивое и заслуживающее того, чтобы связывать с этим жизнь. Вот мне кажется, что миссия нашего института как раз в том числе и в этом заключается: чтобы открывать Азию, чтобы позволять нашим азиатским партнёрам здесь с нами устраивать совместные мероприятия и чтобы развивать различные методы народной дипломатии.

Александр Лебедев: Что вы считаете следующим шагом, да, по продвижению России, российских интересов вот туда, вглубь Азии, потому что мы вообще не знаем.

Кирилл Бабаев: Ну вот смотрите, тут на самом деле играет роль не расстояние между нашими границами и границами там различных стран, а важность того или иного региона или той или иной страны для России. Вот сегодня, например, мы столкнулись с тем, что мы десятилетиями практически не изучали Центральную Азию. Наших соседей: Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан, Туркменистан, Таджикистан. Потому что многие годы люди наверху считали, что: «Ну, мы же и так знаем их, это наши вроде как люди, они все родились в одной с нами стране». Но это совершенно сегодня новые страны, это новые поколения, это культуры и политические системы, о которых мы, на самом деле, знаем не очень-то много. И когда мы в 22-м году решили создать Центр центральноазиатских исследований, оказалось, что это первый центр в стране, специализированно изучающий страны наших соседей, Центральную Азию. Вот такие примеры, они очень показательны. Мы должны быть там, где сегодня российские интересы в максимальной степени нужно защищать и расширять. Это могут быть и страны далёкие от нас, такие, как, например, Индонезия, лидер стран АСЕАН. Сегодня крупнейшая страна в Юго-Восточной Азии. Конечно, и один из будущих мировых лидеров, безусловно. Это, безусловно, и такие страны, как Афганистан, которые мы сегодня узнаём больше и улучшаем с ними отношения. Но тем не менее, мы должны понимать, что там происходит, каким образом выстраивается сегодня экономика, политические процессы, международные отношения в Афганистане, потому что это ключевой интерес для нас. Или, например, Закавказье страны Южного Кавказа. Это пять государств сегодня, которые нам тоже нужно очень внимательно изучать и главное, влиять на те процессы, которые там происходят. Вот всё это мы стараемся сегодня систематизировать, углубить и сделать таким образом, чтобы у нас была полноценная и очень эффективная экспертиза по всем этим государствам.

Александр Лебедев: Я недавно говорил с представителями как раз нескольких закавказских государств, о которых вы говорите. Они упорно почему-то считают, что надо изменить в ООН границы Азии и переместить их в Европу. Это вот, знаете, стремление в Евросоюз, оно какое-то ну, если мы говорим о Турции, которая всё-таки имеет достаточно значительную часть и в Европе географически, то многие даже не представляют, что Кипр по классификации ООН является государством Азии. Хотя он находится в Евросоюзе, всё смешалось. Сегодня стираются границы. Вот мы говорим Евразия. Мы говорим азиатский вектор. Азиатский вектор есть у всех государств. Вот вы говорите про Афганистан, многие даже не знают, что Российская Федерация – это единственное государство в мире на сегодняшний день, которое официально признало новую власть, и никто другой, кроме нас, не признал. Сегодня мир разделился на две большие части: это Европа-Запад, которую мы говорим западную и восточную. И он разделился не только с точки зрения географии, экономики, но и ментальности. Это вот очень важный момент, то, что новые страны Азии, они нашли такой вариант развития технологического, современного, но опираясь на традиционные ценности, о чём часто говорим и Президент Российской Федерации, и лидеры этих государств, что, опираясь на традиционные ценности, можно идти вперёд. И есть слом этих ценностей. И слом этих ценностей приводит к тому, что люди пытаются захватывать, да, захватывать. Отсюда возникает у всех азиатский вектор и ещё европейский, не только в Закавказье. Вот каким образом вам видится, ну, может быть, чуть-чуть такое будущее отношений между Западом, классическим Западом и Востоком?

Кирилл Бабаев: Ну, на самом деле, мы считаем, что вот есть действительно Запад, представляющий собой несколько уходящую систему ценностей, и есть то, что называется мировым большинством. Это сложно назвать Востоком, потому что это и Африка, это и Латинская Америка, это и Азия, это и некоторые страны Европы. Ну, слушайте, Россия и Белоруссия тоже к Европе относятся. Да. Это страны с европейской культурой и ментальностью. Но мы разделяем те ценности, которые сегодня исповедуют страны мирового большинства. Это то, что называется на английском языке «the West and the Rest»: Запад и все остальные. Так вот, мне кажется, что и Запад будет меняться, потому что понимание того, что мир становится многополярным и что эпицентр мировой цивилизации сегодня уже не в Европе и не в Америке сосредоточен. Он сосредоточен именно в Азии. Именно там происходят технологические инновации, именно там генерируется 70% роста всего мирового ВВП. Именно там сегодня крупнейшие государства и в недалёком будущем крупнейшие экономики мира. Поэтому я полагаю, что постепенно вот эта парадигма того, что Запад замкнулся в себе и считает себя некими людьми первого сорта, вот эта парадигма будет меняться, в том числе и меняться в сознании наших коллег в Европе. Она уже меняется, мы это видим. И призывы к многополярному миру сегодня находят отклик в том числе в европейских странах и в Соединённых Штатах Америки. Я убеждён, что за этим будущее, и мы сегодня должны сделать так, чтобы Россия была одним из центров этого многополярного мира. И она уже является одним из драйверов его формирования. Мне кажется, что наша страна должна играть в этом процессе ведущую роль, ну а наш институт будет по-прежнему всеми силами содействовать тому, чтобы российские интересы в Азии были максимально эффективно защищены и чтобы Россия играла важнейшую роль во всех политических, экономических, технологических процессах, которые сегодня происходят в Азии.

Александр Лебедев: Завершая наш разговор, я хотел бы попросить вас обратиться к нашим телезрителям. Вы как раз говорили о том, что сегодня одна из задач – это молодёжь развернуть в понимании к Востоку, а мы знаем, что культура Востока, она, ну почти необъятна, её очень сложно объять. И есть интерес к изучению китайского языка, есть интерес вообще к этой культуре, что бы вы бы могли пожелать молодым зрителям, телезрителям, у которых впереди ещё большое, и я очень хотел бы верить в то, что светлое будущее.

Кирилл Бабаев: Дорогие коллеги, Азия не только большая. Во-первых, она очень интересная. Она содержит в себе столько разных чудес: и культурных, и исторических, и современных, и в области высоких технологий, что количество и качество этих чудес просто невозможно себе представить. Кроме того, Азия очень многогранна, очень многолика. Я убеждён, что многие из вас, начав изучать какую-то одну страну или один аспект, перейдут потом к другим аспектам изучения Азии и станут настоящими специалистами, настоящими профессионалами, свяжут свою жизнь с этим удивительным континентом. Ну и, конечно, будут в свою очередь содействовать тому, чтобы Россия и Азия лучше узнавали друг друга, лучше понимали друг друга и оставались дружественными странами друг для друга, для того чтобы мы могли вместе развивать нашу планету.

Александр Лебедев: Спасибо огромное. У каждого корабля должен быть флаг. И я хотел бы вам вручить наш флаг как символ того, что мы вместе ещё можем очень много сделать хороших и добрых дел.