АССАМБЛЕЯ НАРОДОВ ЕВРАЗИИ

Махатма Ганди: Мятежный факир

17.06.2019 Олег Мироненко 1771 просмотров

Так прозвал Мохандаса Карамчанда Ганди «хитрый лис» Уинстон Черчилль. Рабиндранат Тагор сравнил Ганди с Буддой. Джавахарлал Неру назвал его «человеком религии».


«Будущие поколения, возможно, и не поверят, что такой человек во плоти и крови ходил по земле», - писал Альберт Эйнштейн о Ганди. Лев Толстой назвал Ганди «индусским мыслителем». Владимир Ленин считал, что Ганди «как вдохновитель и вождь массового движения был революционером». Сам же Ганди в интервью одному из западных публицистов сказал: «Я не святой и не политик».

В Индии этого человека прозвали Махатма — то есть «Великая душа». Духовный лидер нации, Ганди всю свою жизнь боролся против раздирающих его страну колониальных, религиозных распрей, против насилия. А на склоне лет сам пал его жертвой…


Махатма Ганди в детстве
Фото: nyoooz.com



 Мохандас Карамчанд Ганди родился 2 октября 1869 года. Его отец был главным министром правителя княжества Порбандар. Но не стоит представлять себе жизнь маленького Мохандаса в роскошных, утопающих в богатстве дворцах. Порбандар – страшное захолустье. Семья Ганди особым богатством не отличалась, как, впрочем, и родовитостью - не принадлежала она и к высшим кастам брахманов и кшатриев. Ганди относились к торговой касте модбания, которая стояла третьей в иерархической лестнице индийских каст. Сама фамилия Ганди – довольно распространенная в Индии, переводится как «торговец-бакалейщик». Действительно, бакалейщики когда-то были в роду Ганди, но последние поколения «родовитых бакалейщиков» принадлежали уже к служилой прослойке княжеств Южной Индии.

Дед Ганди – Ота Ганди - выбился в люди, получив наследственную должность премьер-министра при князе одного из гуджаратских княжеств Британской Индии. После смерти деда его должность занял отец Ганди – Каба. Сначала он стал премьер-министром Парбандара, а затем и княжества Раджкот.  А после его смерти должность унаследовал дядя Мохандаса. Да и сам Ганди, в конце концов, мог стать деваном - премьер-министром при дворе. Но в отношении него судьба распорядилась иначе.

Детство, отрочество, юность

В детстве Ганди был тщедушным и, в общем-то, хлипким пареньком. Сверстники его недолюбливали и предпочитали с ним не общаться, считая трусливым, затюканным слабаком и не особо сметливым малым. Учился юный Ганди, скажем, так себе – выдающихся задатков и способностей в юном возрасте не проявлял. Об этом позже свидетельствовали его современники – то ли завистники, то ли бесстрастные свидетели: сейчас толком и не понять. Однако доподлинно известно, что тогда с Мохандасом частенько случались разного рода казусы.

Так, однажды Ганди познакомился с сильным и задиристым мальчишкой-мусульманином, который уговорил его отведать мяса. До этого Ганди, согласно домашним традициям, был исключительно вегетарианцем. А тут - мясо! Благо, что друг выдвинул политический резон, обосновывающий преимущества мясоедения: дескать, все индийцы слабые потому, что большинство из них мяса не едят, тогда как англичане мясо едят, и поэтому они управляют индийцами.

Махатма Ганди
Фото: commons.wikimedia.org



Бедный Мохандас набрался мужества и, зажмурив глаза, все же съел немного козлятины, отчего позже, ночью, неслыханно страдал: ему все мерещился козленок, блеющий у него в желудке. Так, полным провалом закончилась первая и последняя попытка понять вкус мяса – его Ганди больше в рот не брал всю свою последующую жизнь…

И все же, несмотря на скромные достижения в учебе, Ганди получил вполне пристойное начальное образование: согласно традиции того времени, дети представителей местной администрации индийских княжеств учились в приличных английских (местных) школах. Несмотря на то, что у Ганди были и старшие братья (один из них - юрист, другой - инспектор полиции), отец почему-то выделил именно Мохандаса: сызмальства готовил к должности девана княжества. Ганди, несомненно, унаследовал от отца административные способности. Много позже такие черты как бескорыстие, мужество и стойкость, которые Каба проявлял не раз, отстаивая интересы князя от чрезмерного вмешательства колониальной администрации, передались и его сыну.

Ну а пока, тринадцатилетний школьник, еле-еле справляющийся с таблицей умножения, обзавелся семьей. Конечно, сам Ганди не помышлял о свадьбе, но согласно ортодоксальным индуистским традициям, его женили на сверстнице - девочке по имени Кастарубай. «Женатые дети» во многих индийских семьях были не редкость в то время.

В юном тихоне постепенно пробудилась не только «всепожирающая страсть», но и несвойственная ему прежде деспотичность: он неустанно тиранил жену пылкой любовью, ревностью, требовал от нее безоговорочного повиновения и послушания. Правда, то ли бурная юность дала о себе знать, то ли еще что-то, но к тридцать семи годам Ганди стал сексуальным аскетом. Но пока он жил обычной жизнью...

Путь к истине

На формирование личности Ганди в детские и юные годы большое влияние оказала его мать – Путлибай. Аскетичный образ жизни этой глубоко религиозной женщины оставил глубокий след в душе подростка. Известно, что в доме Ганди не было хорошей библиотеки, но зато в достаточном количестве имелись религиозные тексты, которые обычно хранятся в любой образованной индуистской семье.

Воспитанный в соответствующих традициях, Махандас Ганди в то же время с детства испытал на себе сильное влияние идей религиозной терпимости. Набожность матери не имела ничего общего с религиозным фанатизмом. По его собственным словам, мать всегда учила его говорить правду. Этому принципу Ганди и следовал всю свою жизнь, иногда вызывая полное недоумение у своих же соратников, которые не без основания полагали, что «делать политику» чистыми руками просто невозможно. В ответ Ганди часто цитировал строки из поэмы «Рамаяна»: «Истина лежит в основе всех достоинств и добродетелей»…

Махатма Ганди в юности и преклонном возрасте
Фото: circleofcricket.com



После окончания школы пришлось думать о дальнейшем обучении. Еще отец Ганди мечтал, чтобы сын получил адвокатское образование. Но это желание так и осталось бы нереализованным, если бы Ганди, по совету старинного друга семьи, вдруг не решился отправиться учиться в Англию. В 1888 году он пакует чемодан и отправляется в Лондон, наплевав на строгие правила касты, запрещающие членам модбания покидать пределы Индии. Старейшины воспротивились не на шутку – Ганди даже вызвали на совет касты в Бомбей. Но Мохана будто подменили. Откуда взялось столько гонора и упорства! Ганди удалось убедить семью и мать (отец к тому времени уже умер) занять деньги и отпустить его набираться ума-разума. Он клятвенно заверил ближних, что не коснется ни женщин, ни мяса, ни спиртных напитков. Даже отлучение от касты, означающее лишение всякой поддержки со стороны мощной и влиятельной общины, не остановило упертого юношу. Так он угодил в число нечестивых иноверцев, но и для своих молодой человек превратился почти в изгоя.

Впоследствии Мохандаса как-то спросили, что двигало им, когда он отправлялся в Великобританию? Он, не задумываясь, ответил: «Честолюбие. Я сказал себе: если поеду в Лондон, то не только стану адвокатом, но еще и увижу страну философов и поэтов, сердце цивилизации».

Жизнь — это страдание?

К слову, свое обещание, данное родственникам, Ганди в Лондоне сдержал: он строго придерживался принципа ахимса – не причинять вреда живым существам, стал членом общества вегетарианцев. Питался исключительно в вегетарианском ресторане. Отныне вегетарианство – часть религии Ганди. Он штудирует соответствующую литературу, проводит на себе смелые диетические эксперименты – да так усердно, что теряет из-за них почти все зубы. Впрочем, теорией правильного питания Ганди занимался всю жизнь, относясь к диете не менее серьезно, чем к политике. Диета стала частью его политики. Именно вегетарианство впоследствии помогло Ганди завоевать доверие и популярность у многомиллионных беднейших слоев индийского общества, которые, даже если бы и хотели, все равно не могли позволить себе мясной рацион питания.

Что касается развлечений, то Лондон конца позапрошлого века – не чета нынешнему – строгий, викторианский. Злачных мест в нем - раз, два и обчелся. Поэтому любимыми занятиями Ганди стали учеба и теософия – учение, соединяющее мистические элементы различных восточных религий и идеи неортодоксального христианства. Молодой человек даже был представлен основательнице общества теософов знаменитой Елене Блаватской.

Махатма Ганди в период обучения в Англии
Фото: yaplakal.com



В Лондоне Ганди устанавливает тесные контакты с индийской общиной. Встречается также и с деятелями индийского национально-освободительного движения. Особенное влияние на молодого человека оказал его первый духовный наставник – Дадобхай Наороджи, которого в Индии любовно называли «великим старцем». Кстати, этого старца, преподававшего в Лондонском университете, чтили не только этнические индийцы. Англичане избрали его членом собственного парламента. По тем временам – дело неслыханное. Ни один индиец до этого не удостаивался подобной чести. Позже Ганди рассказывал, какое огромное влияние произвел на него этот человек. Именно от него Мохандас впервые услышал слова осуждения в адрес британского империализма. Именно тогда он впервые задумался над судьбами народов колониальной Индии.

Пообщавшись с соотечественниками, индусский Растиньяк, в конце концов понял, что в английском обществе встречают по одежке, а выступления в национальных нарядах английские снобы не поймут. В нашем привычном представлении облик Ганди - это дхоти (длинная набедренная повязка), сандалии, посох, очки, оттопыренные уши и седые усики. Разумеется, он не всегда был таким. По свидетельству современников, в Англии Ганди тщательно следил за своим внешним видом: носил европейский костюм с таким изяществом и непринужденностью, будто в нем и родился. Да и одежду выбирал себе не иначе как на Риджент-стрит, которая тогда по праву считалась законодательницей мировой моды. Ганди того времени - настоящий лондонского денди: на нем дорогой цилиндр, он учится правильно есть при помощи ножа и вилки, на какое-то время серьезно увлекается танцами, но занятие это быстро ему наскучило.

Очевидно, в это же время Ганди проникся «толстовщиной» - идея непротивления злу насилием нашла в его душе понимание и поддержку. Правда, он почему-то больше восхищается не самыми известными произведениями великого русского писателя, а теми из них, которые у нас теперь считают наукообразными и нравоучительными. Так, например, по собственному признанию Ганди, решающее влияние на него оказала книга яростного сторонника ненасилия - «Царство божие внутри нас». «Перед независимым мышлением, глубокой нравственностью и справедливостью этой книги, казалось, потускнели все другие», - вспоминал Ганди.

Много позже, будучи уже известным, он даже вступил в переписку с автором «Войны и мира». Толстой сразу почувствовал в нем единомышленника и незадолго до своей смерти писал В.Г. Черткову: «Очень он близкий нам, мне человек». На закате жизни Ганди вновь публично подтвердил: «Россия дала мне в лице Толстого учителя, который представил рациональную основу моего ненасилия».
Заметим, сначала вегетарианство, теперь ненасилие – тоже весьма распространенная в Индии религиозная заповедь, а для некоторых, джайнов, например, - догма. Что-то будет дальше?

Прощай, Индия! Здравствуй, Африка!

Дальше же - полоса неудач после возвращения из Англии на родину. Ганди зачислили в Бомбейскую коллегию адвокатов. Но судебная практика не принесла ему успеха. Нужно было выплачивать семейные долги, а молодой адвокат сам еле-еле сводил концы с концами: никому не нужен был тихий и застенчивый защитник. Вел он, правда, всего одно дело, но и его благополучно провалил: на суде так растерялся, что не сумел выдавить из себя даже нескольких фраз. Тогда Ганди уехал из Бомбея обратно к себе на родину – в Раджкот. Но и здесь фортуна к нему не благоволила. Из-за высокомерия английского агента, не пожелавшего увидеть в нем адвоката, была основательно поколеблена лояльность Ганди в отношении английских властей. Практически безденежная работа клерка, составляющего прошения, показалась унизительной честолюбивому адвокату. Занимаемая когда-то его отцом должность премьер-министра также оказалась для него недоступной, да он и не видел в ней никакого смысла в условиях колониальной Индии. Поэтому предложение поработать в Южной Африке показалось ему «светом в окошке» в душной «индийской темнице» того времени. Он с радостью принимает условия одной из местных торговых компаний вести ее дела в Африке. В 1893 году Ганди прибыл в Дурбан.


Махатма Ганди с женой
Фото: circleofcricket.com



Но и здесь для него складывалось поначалу не все безоблачно. Как-то молодой человек отправился в свою первую командировку в Трансвааль. С иголочки одетый, с билетом первого класса, сел он в поезд, но среди ночи его попросту вышвырнули из вагона на одном из полустанков – это распоясался белый попутчик - сосед по купе, которого, видите ли, не устроило общество «кули». Надо знать нравы Южной Африки того времени, чтобы понять, что же все-таки произошло. А произошел, собственно, вполне ординарный инцидент. «Кули» - так непочтительно белые называли любого индуса, независимо от его положения и происхождения. Соответственно, этот самый кули не имел права находиться в одном купе с «породистым» джентльменом.

По утверждению Ганди, этот случай изменил все течение его жизни. «Я боялся, что меня убьют. Вошел в темное помещение станции и увидел, что там сидит белый. Его я тоже испугался. Что я должен сделать, спросил я себя: вернуться в Индию или остаться здесь, полагаясь на волю Бога, и смело встретить все, с чем придется столкнуться? Я решил остаться и страдать. Это было началом моего активного непротивления злу насилием».

И… Ганди кардинально меняет свою жизнь, возмущенный несправедливостью, которая окружала людей с отличным от белого цветом кожи. С помощью сотрудников своей фирмы он созывает собрание индийской общины, где ставит вопрос о дискриминации «цветного» населения. Он выступил с пылкой и страстной речью. Да еще как выступил! Собравшиеся ожидали от Ганди привычных и бесполезных речей о расовой дискриминации. Но услышали другое. Индийцы, по его словам, должны доказать белым, что обладают прекрасными человеческими качествами, что все люди должны быть честными в жизни и в бизнесе, и главное, – независимо от религиозных и кастовых различий, индийцы должны стоять друг за друга, помогать друг другу не только у себя дома, но и на чужбине. Для индийской общины в Африке эти слова стали откровением. До этого еще никто не осмеливался выступать с такой резкой речью и публично не заявлял, что каждый индиец, где бы он ни находился, должен быть эталоном для подражания, глядя на который, чужестранцы должны составлять свое мнение обо всем индийском народе.

Вскоре, в 1894 году, под его руководством торговцы и служащие Южной Африки создали свою первую политическую партию Индийский национальный конгресс.

                          Продолжение следует


Читайте также

Обзоры

Обзоры

05.03.2018 2432

Ночная Доха

Обзоры

18.09.2018 3628

Япона баня

Обзоры

Обзоры

30.04.2018 1539

Неспящий Токио

Обзоры

Обзоры

Обзоры

22.08.2019 2012

Русский Шанхай

Обзоры

Новости

Новости партнёров